Шершеневич юрист

§ 4. Учение о праве и государстве Г. Ф. Шершеневича

Теоретик права и государства Габриэль Феликсович Шершеневич (1863—1912) был профессором Казанского университета, а с 1906 по 1911 г. преподавал гражданское право в Московском университете. Ему принадлежит ряд крупных произведений: «История философии права» (1904—1905 гг.), «Наука гражданского права в России» (1893 г.), «Курс торгового права» (1899 г.), «Общая теория права» (1910—1912 гг.) в 4-х выпусках, «Общее учение о праве и государстве» (1911 г.) и др. Ряд работ Шершеневич посвятил конкретным проблемам теории права: «О применении норм права» (1893 г.), «Общее определение понятия о праве» (1896 г.), «О чувстве законности» (1897 г.) и др.

Свое учение о праве и государстве Шершеневич создавал на основе формально-догматической методологии юридического позитивизма. Изучая правовые явления и конструируя свое понимание науки о праве, Шершеневич использовал также достижения социологии, философии, политической экономии и других наук.

Одной из центральных тем науки о праве в тот период было построение философии права и ее отграничение от общей теории права.

Философия права, по Шершеневичу, изучает право в двух аспектах: право, как оно есть, и право, каким оно должно быть. Теоретическая часть философии права должна исследовать догму права, т.е. основные понятия юридических наук — источники права, нормы права, правоотношения, применение права, юридическую ответственность, государство и общество. Изучая положительное право государства, писал Шершеневич, можно узнать тенденции развития права того или иного государства, однако невозможно и нет необходимости постигать вечную идею права. Научная философия права, считал Шершеневич, строит свои понятия только на позитивном (действующем) праве; лишь таким способом возможно исследование проблем государства и права с позиций историко-сравнительного правоведения.

Ошибка современного правоведения, полагал Шершеневич, в том, что оно «тоскует по идеалу» вместо того, чтобы заняться исследованием юридических вопросов, определяемых временем и местом, т.е. правом, как оно есть.

Понятие права, утверждал Шершеневич, включает в себя только положительное, действующее право. Объективное право — совокупность правовых норм, субъективное право— «возможность осуществления своих интересов субъектом права».

Шершеневич доказывал, что объективное и субъективное право — это не две стороны одного понятия, как утверждали Иеринг и другие представители социологической юриспруденции, а самостоятельные и совершенно различные понятия. Если субъективному праву всегда соответствует объективное право, то последнее может вполне существовать без субъективного права. Объективное право, по Шершеневичу, — основное понятие права, субъективное право — производное.

К сущностным чертам права ученый относил следующие: 1) право предполагает поведение лица, 2) право обладает принудительным характером, 3) право всегда связано с государственной властью. Эти неотъемлемые элементы права образуют представление о его понятии. Право, утверждал Шершеневич, — это норма должного поведения человека, неисполнение которой влечет за собой принуждение со стороны государственных органов.

Шершеневича тревожило чрезмерно расширительное толкование права — распространение названия «право» на другие отношения, которые не подпадают под действие права или подпадают только отчасти. «Расширение права, — писал он, — производится главным образом за счет нравственности. Право часто приписывает себе то, что на самом деле создается и поддерживается моралью, не так заметно для глаза, но зато гораздо прочнее». Поэтому философия права должна четко отграничивать правовое от неправового.

Шершеневич признавал, что право как явление общественное есть понятие социологическое, и потому уяснение сущности права невозможно без понимания его проявлений в других областях. Однако это не должно быть делом юристов, а должно исследоваться другими общественными науками. Любой «дуализм права», т.е. противопоставление действующему праву «идеального права», Шершеневич последовательно отвергал. Понятие естественного права, замечал он, на протяжении всей истории имело самые разные толкования. За естественным правом признавалось значение либо методологии («что было бы, если бы не было государства»), либо исторической гипотезы («право, которое существовало в естественном состоянии до перехода к государственному»), либо политического и юридического идеала («то право, которое должно бы действовать вместо исторически сложившегося порядка»), наконец, естественное право восполняло пробелы действующего права («то право, которое должно применяться там, где молчат законы, а иногда и там, где они явно противоречат разуму»).

Особо жесткой критике Шершеневич подвергал возникшую в те годы концепцию естественного права с изменяющимся содержанием. Он считал, что эта концепция не только научно несостоятельна, но и социально вредна, поскольку стремится подменить действующее право меняющимся идеалом. Шершеневич доказывал опасность дуализма — «исторически сложившегося права и умопостигаемого». Противопоставление действующего права и права «идеального» ведет, по его мнению, к удвоению правового порядка, смешению права с другими социальными нормами.

Понятие права Шершеневич строго отграничивал от понятия нравственности. Выступая против деления норм нравственности на индивидуальные и социальные, он утверждал, что нормы нравственности всегда имеют социальный характер, поскольку они определяют требования общества к человеку. Нравственное поведение обусловливается, по его учению, социальным авторитетом; на этом основании Шершеневич полемизировал с Кантом, утверждая, что нравственный закон не в нас, а вне нас (как и «звездное небо»). Абсолютной и неизменной нравственности не существует, все нравственные понятия относительны и исторически обусловлены. «Что общего между ветхозаветным принципом возмездия и новозаветным началом прощения врагам?» — Шершеневич утверждал, что критерий нравственности находится не в самом поведении человека, а в отношении поведения к чему-либо; таким формальным моментом изучения нравственности должны стать общественная полезность действий и «запрет действий, которые, по данным опыта, угрожают обществу вредом». Только в этом «благополучии значительного большинства членов общества», писал Шершеневич, следуя Бентаму, «совпадают нравственные представления разных народов в разное время».

Шершеневич полагал, что принудительный характер права не позволяет относить к нормам права конституционное, каноническое и международное право.

Нормы права выражают требования, обращенные государственной властью к подчиненным ей лицам, поэтому, отмечал ученый, «правила, определяющие устройство и деятельность самой государственной власти», т.е. конституция, не может иметь правового характера. «Писаная конституция есть фиксирование общественного взгляда на взаимное отношение элементов государственной власти. » Те, кто думает, что писаная конституция способна «точно определить образ действия власти», отмечал Шершеневич, глубоко ошибается, но их «ошибка не в том, что писаную конституцию считают силой, а в том, что ее признают правом и ожидают от нее тех гарантий, какие связаны с правом, тогда как она может дать только гарантии, какие заключаются в общественном мнении». Шершеневич утверждал, что государственная власть не может быть подчинена праву, потому что «требование, обращенное к самому себе под угрозою, не имеет никакого значения». Действия государственной власти находятся всецело под санкцией общественного мнения, т.е. в сфере морали.

Церковные каноны тоже не могут иметь правового характера, так как они исходят не от государства, а от церкви, регламентируют внутренние отношения среди членов церкви и поддерживаются не правовой, а религиозной санкцией.

Правовой характер не могут носить и те правила, которыми определяются взаимные отношения государств. Правила международного общения, по убеждению Шершеневича, поддерживаются только силой международного общественного мнения, которое не обладает свойствами организованного принуждения.

Шершеневич писал, что государство является источником права. Согласно его концепции, государство есть явление первичное, а право — вторичное. На этом основании он выступал с критикой идеи правовой связанности государства им же самим созданным правом, которой придерживались Еллинек, Дюги, Штаммлер и другие теоретики. Теория правового государства, утверждал Шершеневич, не имеет теоретического обоснования и практического значения.

«Дело не в том, чтобы связать государство правовыми нитками подобно тому, как лилипуты связали Гулливера. Вопрос в том, как организовать власть так, чтобы невозможен был или был доведен до минимума конфликт между правом, исходящим от властвующих, и нравственными убеждениями подвластных». Государство, согласно Шершеневичу, предшествует праву и исторически и логически. «Для признания за нормами правового характера необходимо организованное принуждение, которое только и способно отличить нормы права от всех иных социальных норм и которое может исходить только от государства». Однако, размышлял ученый, не санкционируется ли таким образом произвол властей?

Шершеневич всецело разделял положение Иеринга о том, что «право есть хорошо понимаемая политика силы». Эту идею самоограничения власти Шершеневич развивал как противовес теории правового государства. Он говорил о политике фактического самоограничения государственной власти, которая в своих же собственных интересах устанавливает границы возможному произволу со стороны должностных лиц и государственных органов.

Право представляет собой, по его учению, «равнодействующую двух сил, из которых одна имеет своим источником интересы властвующих, а другая — интересы подвластных».

Граница между правом и произволом заключается в том, отмечал Шершеневич, что «право есть правило поведения и должно быть соблюдаемо самой властью, его устанавливающей». Если же государственная власть, установившая правило, не считает нужным его соблюдать, а действует в каждом конкретном случае по своему усмотрению, то право сменяется произволом. В отличие от шайки разбойников государство проявляет свою волю в нормах, которые оно соблюдает, пока они не заменены новыми. Кроме того, различие между государством и шайкой разбойников заключается в том, что последняя пользуется силой для разрушительных целей, а государство обращает свою силу на созидательные цели.

Шершеневич призывал исследовать социальную направленность деятельности современного ему государства. Государство, по его мнению, само заинтересовано в благосостоянии своих граждан и, как результат, в стабильности государственной власти, поэтому оно «спешит содействовать экономической деятельности частных хозяйств организацией кредита, страхования, улучшением путей сообщения, отысканием новых рынков. » Вместе с тем государство «стремится развить в гражданах свободную инициативу», которая предполагает чувство свободы, законность и доверие к общественным и государственным силам. Для этого, утверждал Шершеневич, государство должно пойти по пути оказания помощи слабейшему посредством социального законодательства и демократизации государства.

Шершеневич писал, что государство и общество оказывают взаимное влияние друг на друга. В пределах территории государства существуют многочисленные и разнообразные общественные интересы: национальные, профессиональные, религиозные и другие, которые могут объединять людей совсем независимо от государственного интереса и его политики. Общество может одобрять, поддерживать, относиться сочувственно к политическому режиму своего государства, но может и воздействовать на политику государства через общественное мнение, выборы, референдум, отказ от уплаты налогов, восстания.

В основе деятельности любого государства, утверждал Шершеневич, лежит инстинкт политического самосохранения. Общий интерес, по его мнению, нередко является интересом только властвующих лиц, и чем дальновиднее они оказываются, чем лучше умеют они согласовывать свои частные интересы с потребностями большинства, тем прочнее государство. Для этого политика государства должна быть достаточно гибкой, чтобы умело приспосабливаться к новым общественным условиям. «Прогрессивность того или другого государства обнаруживается именно в том, что оно сумело раньше и лучше уловить требования времени и приспособиться к ним, вызывая в других, по необходимости, подражание», — писал Шершеневич. А потому, выступая с требованием реорганизации общественной жизни в России, он считал путь реформ единственно приемлемым как для существования и развития общества, так и для сохранения политической власти государства.

Шершеневич выступал против отождествления понятий правового и конституционного государства. По его мнению, правовое государство — это теоретическая конструкция, а конституционное государство — это средство для осуществления политики реформ в цивилизованном обществе.

Шершеневич считал безусловно необходимым исследование тех явлений и отношений, которые влияют на содержание правовых норм и на их применение к правовым отношениям.

Однако он возражал против замены правовой догматики социологическим правоведением либо естественно-правовыми воззрениями. Изучать догму и технику права, подчеркивал Шершеневич, особенно важно для юриста-практика, который стоит вне идеологии государства и политики права.

Разработанная им теория права и государства на основе формально-догматического метода имеет большое значение и в настоящее время. «Общая теория права» Шершеневича, переизданная в 1995 г., во многом не утратила значения для преподавания теории государства и права, истории политических и правовых учений.

Габриэль Шершеневич

Gabriel Shershenevich

День рождения: 01.01.1863 года
Возраст: 49 лет
Дата смерти: 31.08.1912 года

Гражданство: Россия

Биография

Юрист, цивилист, профессор, депутат 1-й Государственной Думы. Отец поэта-имажиниста Вадима Шершеневича (1893—1942).

Шершеневич родился 1 января 1863 года в польской дворянской семье. Среднее образование получил в Казани. В 1885 году окончил юридический факультет Казанского университета. В 1888 году получил степень магистра гражданского права, защитив диссертацию «Система торговых действий. Критика основных понятий торгового права», а в 1891 году защитил докторскую диссертацию «Авторское право на литературные произведения». В 1892 году назначается профессором Казанского университета по кафедре торгового права и торгового судопроизводства, а с 1896 года перемещается на кафедру гражданского права и судопроизводства.

Преподавательская деятельность Шершеневича прерывается в конце 1905 года в связи с избранием в 1-ю Государственную Думу от г. Казани (от кадетской партии). В 1906 году он переезжает из Казани в Санкт-Петербург. Придерживаясь либеральных взглядов, протестовал против роспуска Думы и подписал воззвание ряда депутатов с призывом к населению отказаться платить налоги и исполнять воинскую повинность до созыва Думы. После роспуска Думы переехал в Москву, где вместе с некоторыми другими депутатами некоторое время сидел в Таганской тюрьме в связи с этим призывом.

Последние новости и факты в Telegram-канале «Знаменитости». Подписывайся!

После выхода из тюрьмы работал на юридическом факультете Московского университета, затем в Московском коммерческом институте.

Г. Ф. Шершеневич внёс значительный вклад в гражданское и торговое право и в законотворчество, активно участвовал в подготовке и обсуждении проекта Гражданского уложения, занимался анализом и обобщением правоприменительной практики.

Шершеневич был участником, членом и председателем Казанского юридического общества, принимал активное участие в Московском обществе народных университетов, Московском коммерческом институте и Юридическом обществе при Московском университете.

Система торговых действий. Критика основных понятий торгового права (Казань, 1888, 317 с.)

Учебник торгового права (1899, 347 с; выдержал 7 изданий)

Курс торгового права (в 2 томах: 1888—1889; выдержал 3 издания; затем в 4 томах: тома 1 и 2 — СПб., 1908; т. 3 — СПб., 1909: т. 4 — М., 1912).

Учебник русского гражданского права (Казань, 1894; выдержал 11 изданий на протяжении 20 лет)

Общая теория права (в 4 томах: вып. 1 — М., 1910; вып. 2 — М., 1911; вып. 3 и 4 — М., 1912)

Общее учение о праве и государстве (М., 1908 и 1911 — два издания)

Профессор Шершеневич и новые законы гражданские

Совсем недавно цивилисты отметили 150 лет со дня рождения выдающегося ученого Габриэля Феликсовича Шершеневича. Труды профессора Г.Ф. Шершеневича живут своей жизнью и сейчас, влияя не только на научные исследования, но и на разработку действующих и будущих законов. Так или иначе, но ссылку на Г.Ф. Шершеневича (или его позицию, точку зрения) мы находим и в новеллах Гражданского кодекса РФ, и в новейших разработках положений законодательства о банкротстве, и в других гражданских законах. Все новое в отечественном гражданском законодательстве, но в тесной связи с вековыми традициями, обсуждали в первый день весны две с половиной сотни цивилистов в гостеприимном городе Казани на конференции, посвященной 150-летию со дня рождения мэтра.

1-2 марта 2013 года в Казани прошла Международная научно-практическая конференция «Научные воззрения профессора Г.Ф. Шершеневича в современных условиях конвергенции частного и публичного права (к 150-летию со дня рождения)».

Организаторами конференции выступили Казанский (Приволжский) федеральный университет, Варшавский университет, Общероссийская общественная организация «Ассоциация юристов России».

Открытие мероприятия состоялось в Актовом (Императорском) зале Казанского университета. С приветственными словами к участникам конференции обратились:

  • Нургалиев Данис Карлович – Проректор по научной деятельности КФУ;
  • Тарханов Ильдар Абдулхакович – декан юридического факультета КФУ;
  • Рончка Кшиштоф – декан факультета права и администрации Варшавского университета;
  • Курманов Мидхат Мазгутович – Министр юстиции Республики Татарстан, Председатель Татарстанского регионального отделения Общероссийской общественной организации «Ассоциация юристов России»;
  • Абдулвагапов Ракиф Габдулмаликович – и.о. Председателя Федерального арбитражного суда Поволжского округа;
  • Новиков Николай Алексеевич – Председатель Арбитражного суда Республики Татарстан;
  • Хайруллин Марат Максутович – Заместитель Председателя Верховного суда Республики Татарстан по гражданским делам;
  • Бакулин Андрей Федорович – Председатель Арбитражного суда Республики Марий Эл;
  • Александров Станислав Витальевич – Председатель Совета молодых юристов Ассоциации юристов России;
  • Самойлов Кирилл Иванович Исполнительный директор Издательства «Статут» (г. Москва);
  • Фаткудинов Зуфар Максумович – заведующий кафедрой гражданского права Университета управления «ТИСБИ» (г. Казань) ;
  • Шершеневич Кшиштоф – магистр политических наук, родственник Г.Ф. Шершеневича (Польша).

Были отмечены не только новый международный статус конференции (конференции для Казани являются традиционными, проводятся ежегодно, однако впервые – совместно с Варшавским университетом), но и небывалое количество участников. Так, в работе конференции приняло участие более 250 участников, среди которых, по данным, полученным по результатам регистрации: 51 доктор наук, 104 кандидата наук, 46 профессоров, 89 доцентов. Представлено шесть государств: Россия, Германия, Польша, Белоруссия, Украина, Казахстан, 57 вузов и различных научных учреждений.

Открыл череду выступлений Михаил Юрьевич Челышев, доктор юридических наук, профессор, заведующий кафедрой гражданского и предпринимательского права Казанского федерального университета с докладом на тему «Габриэль Феликсович Шершеневич: годы жизни, учебы, творчества в Казани»

Михаил Юрьевич рассказал о роли Казанского университета и города Казани в жизни мэтра, о его детстве, юношестве и творчестве. Казанский императорский университет в те годы существенно повлиял на развитие региона. В конце XIX века первый в провинции, третий в России и самый восточный университет изначально оказывал большое научно-образовательное влияние на регион и до конца XIX века представлял собой крупнейший центр востоковедения в Европе.

Казанский университет известен и тем фактом, что в нем два месяца проучился Владимир Ильич Ленин, исключенный из числа его студентов з а участие в студенческих волнениях.

Сильно повлияла Казань и на становление личности Льва Николаевича Толстого, который сначала поступил на разряд восточной словесности, но затем перешел на юридический факультет, где проучился два курса и закончил их написанием курсовой работы у профессора Дмитрия Ивановича Мейера.

Помимо Г.Ф. Шершеневича, яркими представителями казанской цивилистической школы являются: Д.И. Мейер, Г.Ф. Дормидонтов, С.В. Пахман, Е.В. Васьковский, М.М. Агарков, А.А. Симолин, Б.Б. Черепахин и др.

Презентация Шершеневич Габриэль (Гавриил, Иосиф-Губерт) Феликсович: Годы жизни, учебы, творчества в Казани (авторы: А.Ш. Хабибуллина, М.Ю. Челышев, И.В. Эстулин)

Выступлением на тему «Пути совершенствования законодательства о банкротстве» порадовал собравшихся Василий Владимирович Витрянский, доктор юридических наук, профессор, заместитель Председателя Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации.

На выбор темы доклада повлияло не только то, что именно Г.Ф. Шершеневич наиболее обстоятельно разработал положения теории конкурсного процесса, а также то обстоятельство, что сам Василий Владимирович участвовал в редакционной работе над переизданием одноименного научного труда, но и грядущие перемены в действующем законодательстве о банкротстве. Василий Владимирович начал с того, что последние несколько лет юридическое сообщество будоражит в первую очередь изменение Гражданского кодекса РФ. Однако в ближайшее время планируется изменение и другого знакового для гражданского права акта – Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Осенью 2012 года было решено приступить к разработке Концепции развития законодательства о банкротстве. На сегодняшний день выделяются три основных направления совершенствования:

1. Необходимо упорядочить систему правового регулирования отношений банкротства. Так, к примеру, в 2011 году возник спорный вопрос, связанный с внесением изменений в Налоговый кодекс РФ, где появилась норма (п. 4.1. ст. 161), согласно которой при банкротстве должника покупатель имущества с торгов объявляется налоговым агентом, должен удерживать НДС и тут же его перечислять в бюджет. Если сравнить нормы Налогового кодекса РФ Закона о банкротстве, возникает вопрос: какой из этих актов нужно применять (в частности, в вышеназванном случае)? Совсем недавно, 25 января этого года, принято Постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ, где по этому вопросу было сказано, что приоритет имеет п. 2 ст. 134 Закона о банкротстве, которая определяет очередность удовлетворения текущих требований в деле о банкротстве. Требование об уплате налогов, конечно же, является текущим требованием, но это требование четвертой очереди. Поэтому покупатель имущества из конкурсной массы никак не может быть налоговым агентом, потому как все средства он должен перечислить на счет должника, чтобы сначала получили удовлетворение кредиторы первых трех очередей. Суд разъяснил, что в этом случае применять здесь статью Налогового кодекса РФ нельзя.

Чтобы не было таких противоречий, в Законе о банкротстве должны быть нормы, которые определяли бы его как главный нормативный акт, регулирующий соответствующие отношения.

Второй момент в рамках этого направления – упорядочение правового регулирования отношений банкротства. Нужно обеспечить дифференцированное регулирование: и по категориям должников, и по практическим ситуациям.

2. Другое направление совершенствования законодательства о банкротстве: нужно упорядочить применяемые процедуры.

3. Третье направление в концепции развития законодательства о банкротстве: саморегулируемое арбитражное управление. Предполагается сделать альтернативу арбитражным управляющих, входящих в саморегулируемые организации, в виде независимых арбитражных управляющих, регистрируемых при арбитражных судах.

Другой докладчик, Тамара Евгеньевна Абова, доктор юридических наук, профессор, заведующая Сектором гражданского права, гражданского и арбитражного процесса Института государства и права Российской академии наук (г. Москва) в своем выступлении на тему «Договор железнодорожной перевозки в трудах Г.Ф. Шершеневича и в современной России» обратила внимание на то, что многие ученые считают, что договор перевозки начинается с организации перевозки. Но это отдельное обязательство, его нельзя отождествлять с договором перевозки; договор перевозки заключается с момента вручения груза. Также в своем докладе Тамара Евгеньевна отметила высокий уровень развития дореволюционного законодательства и научных трудов о договоре перевозки. Так, ранее использовался очень удачный термин – «груз передается на сохранение» (а не на хранение). Еще один момент: хотя перевозка ранее, как и сейчас, оформлялась накладной, но дубликат накладной, в отличие от нынешней ситуации, был оборотной бумагой. Нынешняя накладная не может быть оборотным документом, как и квитанция. Кроме того, в дореволюционное время Россия была участником Бернской конвенции о перевозке грузов. Сейчас, увы, нет, только лишь небольшая часть – Калининградская область.

Андрей Евгеньевич Шерстобитов , доктор юридических наук, профессор кафедры гражданского права Московского государственного университета им. М.В. Ломоносова, выступивший с докладом на тему «Проблемы совершенствования правового регулирования кредитно-расчетных отношений и модернизация Гражданского кодекса Российской Федерации», охарактеризовал предлагаемые в Гражданский кодекс РФ изменения относительно кредитно-расчетных отношений (гл. 42-46 ГК РФ) как направленные на либерализацию этих отношений, вносящие в них начала диспозитивности. Так, наряду с существующей реальной моделью договора займа появится модель договора консенсуального. Распространяться такая модель будет только на юридические лица, для граждан по-прежнему возможен будет только реальный договор займа. По мнению Андрея Евгеньевича, целесообразно допустить заключение консенсуального договора займа и для индивидуальных предпринимателей. Коснется либерализация и такого института, как факторинг. Факторингом будут считаться такие отношения, которые включают в себя некоторый набор действий фактора: хотя бы два из четырех предусмотренных. То есть возможной станет такая модель, которая не имеет никакого отношения ни к займу, ни к кредиту. Фактор будет оказывать только различные финансовые услуги своему клиенту, будет заниматься его финансовыми делами.

Полностью должна преобразиться и статья 821 Гражданского кодекса РФ; теперь она будет посвящена потребительскому кредитованию. Статья позволит сбалансировать неравенство между гражданином-потребителем и кредитной организацией. Во-первых, у потребителя появится возможность одностороннего отказа от договора, во-вторых, потребитель получит ряд правомочий информационного характера, позволяющих понимать, на каких условиях он заключает этот договор, в-третьих, в этой же норме будет ссылка на закон о потребительском кредите (который будет принят в будущем), а также на законодательство о защите прав потребителей.

Стоит отметить, что на конференции наши коллеги из СНГ в очередной раз выразили обеспокоенность кампанией по разработке Предпринимательского кодекса Республики Казахстан. Так, Фархад Сергеевич Карагусов, доктор юридических наук, профессор, управляющий директор ТОО «SB Capital» (г. Алматы, Казахстан), хотя и посветил свой доклад теме «Научное наследие Г.Ф. Шершеневича и развитие корпоративного законодательства Республики Казахстан», но все же в завершении выступления поведал собравшимся, что, несмотря на все усилия цивилистов, стан сторонников принятия Предпринимательского кодекса все крепчает, и, к слову, о творчестве Г.Ф. Шершеневича, разработчики кодекса постоянно пытаются ввести в заблуждение представителей законодательной власти ссылками на торговые кодексы и развитое торговое право зарубежных стран, утаивая при этом, что торговое право всегда было частью гражданского права, а торговые кодексы, как правило, являются составной частью кодексов гражданских.

А вот Наталия Семеновна Кузнецова, доктор юридических наук, профессор кафедры гражданского права Киевского национального университета (г. Киев, Украина) свой доклад «Регулирование имущественных отношений в предпринимательской сфере: опыт Украины и общие перспективы» практически полностью посвятила критике уже свершившегося недоразумения – Хозяйственного кодекса Украины. Ведь именно из научных арсеналов «хозяйственников» черпают основные ресурсы сторонники принятия Предпринимательского кодекса Казахстана. Более подробно об этой ситуации мы писали в Обзоре по итогам Цивилистических чтений в г. Алматы 2011 года.

В рамках конференции прозвучало множество интереснейших докладов ученых-цивилистов, многие из которых, так или иначе, соприкасались с творчеством Г.Ф. Шершеневича. Большую часть из них вы можете посмотреть и послушать в видеозаписях (к сожалению, некоторые из них по техническим причинам записать не удалось).

С докладами на конференции также выступили:

* Абдуллин Адель Ильсиярович , доктор юридических наук, профессор, заведующий кафедрой международного и европейского права Казанского федерального университета «Доктрина международного частного права: проблемы формирования и развития»

* Аден Менно , доктор юридических наук, профессор Университета Эссена, Университета Дортмунда (Германия) «Применение иностранного права национальными судами»

* Андреев Владимир Константинович , доктор юридических наук, профессор, заведующий кафедрой гражданского права Российской академии правосудия (г. Москва) «Гражданин как лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность»

* Андреева Любовь Васильевна , доктор юридических наук, профессор кафедры предпринимательского права Московского государственного юридического университета имени О.Е. Кутафина (МГЮА) «Идеи профессора Г.Ф. Шершеневича в современном торговом праве»

* Баринов Николай Алексеевич , доктор юридических наук, профессор кафедры гражданского права Саратовской государственной юридической академии «Научные воззрения профессора Г.Ф. Шершеневича на торговое право и современность»

* Василевская Людмила Юрьевна , доктор юридических наук, профессор, заведующая кафедрой гражданского и семейного права Московского государственного юридического университета имени О.Е. Кутафина (МГЮА) «Творческое наследие Г.Ф. Шершеневича и современность: о состоянии и перспективах развития гражданского законодательства о вещных правах»

* Верчиньски Яцек – доктор права, профессор кафедры гражданского права Института гражданского права факультета права и администрации Варшавского университета (Польша) «Согласие в понимании Гаагской Конвенции о гражданско-правовых аспектах международного похищения детей»

* Гонгало Бронислав Мичиславович , доктор юридических наук, профессор, заведующий кафедрой гражданского права Уральской государственной юридической академии, руководитель Уральского отделения Российской школы частного права (г. Екатеринбург) «Наука гражданского права и правотворчество»

* Емелькина Ирина Александровна , доктор юридических наук, профессор, заведующая кафедрой гражданского права и процесса Мордовского государственного национально-исследовательского университета им. Н.П. Огарева (г. Саранск) «Категория вещного права в работах Г.Ф. Шершеневича и современная цивилистическая дискуссия»

* Камышанский Владимир Павлович , доктор юридических наук, профессор, заведующий кафедрой гражданского права Кубанского государственного аграрного университета (г. Краснодар) «Вещные права в научных воззрениях профессора Г.Ф. Шершеневича: постановка проблемы и современность»

* Кузбагаров Асхат Назаргалиевич , доктор юридических наук, профессор, начальник кафедры гражданского права Санкт-Петербургского университета МВД России «Публичное и частное в наследственных правоотношениях»

* Лушников Андрей Михайлович , доктор юридических наук, профессор, заведующий кафедрой трудового и финансового права Ярославского государственного университета им. П.Г. Демидова «Г.Ф. Шершеневич и генезис науки трудового права в России»

* Майданик Роман Андреевич , доктор юридических наук, профессор, заведующий кафедрой гражданского права Киевского национального университета (г. Киев, Украина) «Право собственности на сложную недвижимую вещь по украинскому праву: вопросы теории и практики»

* Майфат Аркадий Викторович , доктор юридических наук, профессор кафедры гражданского права Уральской государственной юридической академии (г. Екатеринбург) «Принцип добросовестности и последние изменения в российском гражданском законодательстве»

* Мухамедшин Ирик Сабиржанович , кандидат юридических наук, профессор, заведующий кафедрой гражданского и предпринимательского права Российской государственной академии интеллектуальной собственности (г. Москва) «Проблемы и перспективы создания и функционирования регионального рынка прав на интеллектуальную собственность (на примере Республики Татарстан)»

* Павлова Елена Александровна , кандидат юридических наук, начальник Отдела законодательства об интеллектуальных правах Исследовательского центра частного права при Президенте Российской Федерации (г. Москва) «Взгляды Г.Ф. Шершеневича на природу исключительных прав и часть четвертая Гражданского кодекса Российской Федерации»

* Санникова Лариса Владимировна , доктор юридических наук, профессор, ведущий научный сотрудник Института государства и права Российской академии наук (г. Москва) «Развитие науки гражданского права в постсоветский период»

* Турлуковски Ярослав Владимирович – кандидат наук, доцент кафедры коммерческого права Института гражданского права Варшавского университета (Польша) «Универсальное и сингулярное правопреемство в современном польском наследственном праве»

* Хохлов Вадим Аркадьевич , доктор юридических наук, профессор кафедры гражданского и предпринимательского права Самарского государственного экономического университета «Профессор Г.Ф. Шершеневич и формирование российского авторского права»

* Чеговадзе Людмила Алексеевна , доктор юридических наук, профессор кафедры гражданского права и процесса Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации (г. Москва) «О частных и публичных началах современного гражданско-правового регулирования»

Текст: Вербицкая Юлия.

Фото, видео: Айрат Мухаметзянов, Татьяна Матвиевская, автор обзора.

Все материалы (фото и видео) доступны по ссылке

Шершеневич юрист

ГАБРИЭЛЬ ФЕЛИКСОВИЧ ШЕРШЕНЕВИЧ

ШЕРШЕНЕВИЧ Габриэль Феликсович (1.1. 1863 Херсонская губ. – 31.8.1912, Москва) — общественный деятель, цивилист, профессор Казанского, а затем Московского университета.

Окончил Юридический факультет Казанского Университета (1885 г.). Был оставлен при Университете на кафедре торгового права для подготовки к профессорскому званию. С 1887 г. преподаватель кафедры торгового права и судопроизводства, а с 1888 г. – приват-доцент Казанского университета.

В 1888 г. защитил магистерскую диссертацию по теме – «Система торговых действий: критика основных понятий торгового права», в 1891 г. – докторскую диссертацию – «Авторское право на литературные произведения». С 1892 г. экстраординарный, а затем ординарный профессор Казанского университета по кафедре торгового права и, в то же время, по кафедре гражданского права и судопроизводства ( в 1896-1905 гг.). Председатель Казанского юридического общества (1899-1902 гг.). С 1906 г. – профессор кафедры торгового права на юридическом факультете Московского университета, который он покинул в 1911 г. в знак протеста против политики министра народного просвещения Л.А. Кассо. Читал лекции также в Московском народном университете им. А.Л.Шанявского и Московском коммерческом институте, директором которого был П.И.Новгородцев.

Вехи политической биографии Шершеневича связаны с деятельностью в Конституционно-демократической партии. Гласный Казанской городской Думы, он стал членом Конституционно-демократической партии, в 1906 г. был избран на Втором Съезде партии в состав ее ЦК, участвовал в составлении программы партии и входил в ее казанское отделение. Шершеневич был сторонником прочной партийной дисциплины. При обсуждении организационно-тактических вопросов избирательной кампании на Втором съезде конституционно-демократической партии (5-11 января 1906 г.), он подчеркивал: «Нужна дисциплина. Нужна централизация. Партия только в целом может входить в соглашение с другими партиями. Центральный комитет – это генеральный штаб, а без руководства генерального штаба невозможна война».

Депутат Первой Государственной Думы, в которую был избран в 1906 г. от Казани, Шершеневич — член фракции Конституционно-демократической партии в Государственной Думе, — был товарищем секретаря Думы, председателем 4-го отдела Думы и членом комиссий: редакционной, о собраниях. Законопроект о свободе собраний, внесенный в Государственную Думу 16 июня 1906 г. по докладу Шершеневича, вызвал продолжительную полемику со стороны левых партий – социал-демократов и трудовиков, отрицавших с популистских позиций всякую возможность правового регулирования проведения собраний, видя в юридических ограничениях основания для административного произвола. В защиту проекта выступил М.М.Ковалевский, указавший, что спонтанное развитие соответствующей практики в России (в отличие от Англии) не может гарантировать общество от злоупотреблений, а потому известная законодательная регламентация этой практики представляет позитивное явление. Шершеневич подписал законопроекты: «О гражданском равенстве», «О неприкосновенности членов Государственной Думы», «О собраниях», «Об изменении статей 55-57 Учреждения Государственной Думы». Шершеневич был докладчиком 4-го отдела Думы по проверке прав членов Думы. Он выступал в Думе по следующим вопросам: законопроекты об отдыхе торговых и ремесленных служащих, о собраниях, об амнистии. Подвергался преследованию после подписания Выборгского воззвания – был приговорен к 3 месяцам тюрьмы и лишению избирательных прав.

Роль Шершеневича определялась его местом в законодательной работе кадетской партии. Законодательная комиссия партии, разработавшая во время Первой Думы законопроекты о свободах, о гражданском равноправии, о неприкосновенности личности, в период между Думами разделилась на два отдела: Московский и Петербургский. В первый из них входили П.И.Новгородцев, Ф.Ф.Кокошкин, С.А.Муромцев, С.А.Котляревский, Г.Ф.Шершеневич, В.Н.Тесленко и В.А.Маклаков; в состав второго: М.М.Винавер, А.И.Каминка, В.Д.Набоков, И.В. и В.М. Гессены и др. Перед созывом Второй Думы оба отдела заняты были пересмотром законопроектов, не принятых ранее, причем Московский отдел сосредоточил усилия на пересмотре законопроекта о всеобщем избирательном праве.

В условиях революции и последующих избирательных кампаний стал актуален блок социального законодательства, включавшего законопроекты о профсоюзах и стачках, ограничении рабочего времени, договорах найма, охране здоровья и санитарном контроле, страховании рабочих и служащих, организации общественного призрения. Часть этих вопросов разрабатывалась Шершеневичем. В 1906-07 гг. в Москве под председательством Шершеневича работала особая комиссия по вопросам о договоре найма и о нормировании рабочего времени служащих в торговых заведениях. Ею было разработано два законопроекта – о найме торговых служащих и о нормальном отдыхе торговых служащих. Последний проект был внесен в партийную фракцию с некоторыми изменениями, сделанными П.Б.Струве, вызвавшими внутреннюю дискуссию.

Шершеневич, по воспоминаниям современников, был прекрасным лектором и сильным оратором, способным объяснить широкой публике содержание трудных юридических вопросов. Так, законопроект о найме торговых служащих, как отмечал их представитель на совещании Парламентской фракции Партии народной свободы с представителями местных групп партии 14-15 ноября 1909 г., вызвавший острую предвыборную полемику с левыми партиями, был одобрен очень просто: «стоило появиться профессору Шершеневичу с его возражениями, как левые должны были отступить и прямо бежать с поля битвы».

Направления научной работы Шершеневича в принципе соответствуют его общественной деятельности. Его интересовали общие вопросы теории права и государства, русское гражданское право в сравнительном освещении и соотношении с практикой применения, такие направления его разработки как земельное право, торговое право, конкурсное право, авторское право, кодификация гражданского права, в частности, актуальный вопрос о создании Гражданского уложения Российской империи. Кроме того, политическая деятельность и необходимость разъяснять программу Конституционно-демократической партии, привели к появлению его трудов по общей теории и социологии права, проблемам публичного права, в частности – об аграрном вопросе, форме правления, конституционной монархии, ответственности министров. Эти исследования, а также сопутствующие им публичные выступления и публицистика – делали Шершеневича видным теоретиком русского либерализма на стадии перехода к конституционной монархии. Его вклад в него – в основном теоретический, поскольку ученый и профессор перевешивали в нем политика.

Общие теоретические взгляды Г.Ф. Шершеневича сложились под влиянием тех споров, которые велись в цивилистике пореформенного периода, когда, собственно, и происходило ее становление. По своим теоретическим взглядам Шершеневич был близок к П.И. Новгородцеву, рассматривая проблемы права в неокантианской философской перспективе и в рамках истории права. В то же время, как и С.А.Муромцев, он разделял взгляды юристов позитивистского направления, являлся последователем Р. Иеринга. Вопрос о догме права, ставший предметом дискуссии, приобретал значение именно в связи с попытками отказаться от традиционного понимания юриспруденции, заменив его новыми социологическими подходами. Эта тенденция проявилась уже у К.Д.Кавелина, но еще более заметно – у С.А. Муромцева и Гамбарова – российских учеников Р. Иеринга, стремившихся к радикальному преобразованию всей правовой системы путем ее трансформации во имя высшей цели – правового государства.

Принадлежа к российской социологической школе права (основателем которой должен быть признан С.А.Муромцев), Шершеневич стремился отойти от догматической юриспруденции (представителями которой являлись С.В.Пахман и А.Х.Гольмстен) и показать связь юридических норм и отношений с социальной действительностью. Рассматривая позднее эволюцию воззрений С.А.Муромцева, Шершеневич определяет ее как последовательное движение от исторической школы права к Иерингу и от него к сближению науки права с социологией. Определяя его как «главу социологической школы в гражданском правоведении», он солидаризируется с этим «социологическим направлением в гражданском правоведении».

Одним из первых в отечественной литературе Шершеневич предпринял попытку охарактеризовать историю становления и развития российской цивилистики, начиная с XVIII в. до начала ХХ в. В основу периодизации ее развития положены крупнейшие реформы российского права — попытки кодификации права на рубеже XVIII-XIX вв. разработка Свода Законов, Судебные уставы 1864 г. Констатировав «догоняющее Запад» развитие русского гражданского права, он связывает основные его этапы с объективными задачами гражданско-правовой модернизации – разработкой истории и источников русского права (в ходе создания ПСЗ и СЗ); догматической разработкой права; спорами о кодификации; сравнительными исследованиями и, наконец, появлением социологии права. В книге «Наука гражданского права в России» (1893) им показана преемственность российской цивилистики – от Неволина, Куницына и Редкина к трудам Кавелина, Пахмана и Мейера, а от них – к трудам Муромцева, в которых «богатство идей невольно будило мысль читателей».

В «Очерках по истории кодификации гражданского права», появившихся в ряде выпусков в 1897-1899 гг., находим выражение общественно-политических взглядов автора. Как С.В. Пахман он обратился к истории кодификации параллельно с разработкой собственного курса гражданского права; как представители социологической школы в праве (Иеринг, Муромцев) – обращался к проблемам сравнительного изучения правовых институтов; как Новгородцев – уделял преимущественное внимание столкновению концепций философского права и позитивного права. Отправной точкой для разработки общей теории права служит для Шершеневича, как и других ученых его времени, противопоставление естественного и позитивного права – «несомненный и непостижимый дуализм права».

Кодификация права выступает для него важнейшим инструментом разрешения этого конфликта — систематизации и, в то же время, развития общественных отношений в эпохи социальных потрясений. В систематическом исследовании – «Очерки по истории кодификации гражданского права» (1897 г.) смысл подготовки кодексов гражданского, уголовного и процессуального права в революционные эпохи усматривался в создании юридических норм – «простых, ясных и согласованных с конституцией». Принципы рационального правового устройства более значимы для общества, нежели утопические политические цели революции. «Цель революции, — писал Шершеневич,- состояла в установлении нового гражданско-правового порядка, а политические формы были только средством их достижения. Французский народ потому так легко отказался от политической свободы, что новый режим обеспечил ему изменения гражданского строя».

Значение Кодекса Наполеона видится в четком провозглашении именно тех принципов, которые стали определяющими для современного гражданского общества и реализация которых необходима в России: осуществление идеи равенства всех перед законом, отрицание «всего феодализма», отделение гражданского общества от канонического, принцип неприкосновенности частной собственности, начало индивидуализма. Это была целостная программа действий для русских цивилистов, начиная с пореформенной эпохи, положения которой стали особенно актуальны к началу ХХ в.

В связи с этим основной проблемой становились причины, социальные и юридические, по которым рациональные принципы гражданского права оказалось невозможным реализовать в Центральной и Восточной Европе, а особенно – в России. Этим определяется обращение Шершеневича (как и других русских цивилистов того времени) к проблеме рецепции римского права в традиционных («феодальных») обществах и правовых системах. Он показывает, что отторжение римского права и его системы, положенной в основу французского кодекса, связано в этих регионах не со случайными ошибками кодификаторов, а прежде всего с социальной невозможностью их реализации (в силу полного смешения публичного и частного права, напр., в прусском Ландрехте). Ошибка традиционалистских абсолютистских систем видится в следующем: «законодатель недостаточно определил тенденции времени и дал кодекс, проникнутый началами просвещенного покровительства, в то время как жизнь стремилась к освобождению индивида от опеки и предоставления ему возможно большей свободы действия».

Принципиальное значение в контексте современной ему российской ситуации имело обращение к проблемам возможности радикального реформирования национального права с помощью заимствований извне. Эта проблема впервые получила ясное теоретическое выражение в известном споре сторонников теории естественного права (Тибо) и исторической школы права (Савиньи) по вопросу создания общегерманского Гражданского Уложения и возможности заимствования при этом Кодекса Наполеона. Данный спор, раскалывавший европейскую юридическую мысль на протяжении всего XIX в., оказался актуален в предреволюционной России. Шершеневич однозначно встает в этом споре на точку зрения Тибо, подчеркивая, что реализация его идеи (немедленного введения гражданского кодекса) вела к обеспечению правового единства, модернизации права, а вместе с ним и социальных отношений. Напротив, позиция его оппонентов (исторической школы) рассматривалась как консервативная и неубедительная, а причинами, по которым она восторжествовала, объявлялись не логическая состоятельность, но господство реакции (видевшей в требовании кодификации призыв к революции), отсутствие единой законодательной власти и сила сепаратистских тенденций. Устранение этих причин позволило принять Гражданское Уложение Германской империи 1896 г. Этот анализ раскрывает позицию Шершеневича в отношении готовившегося в то время проекта Российского Гражданского Уложения.

Важный практический вывод этих исследований заключался в необходимости использовать кодификацию гражданского права как инструмент модернизации социальных отношений – их унификации (ликвидации сословного деления), рационализации (установления правового равенства всех членов общества и преодоления правового дуализма), преобразований (путем разделения власти и собственности) и либерализации (разделения сферы частного и публичного права, создания институтов независимого судебного контроля над властными структурами).

Курсы гражданского права Шершеневича, в частности – известный «Учебник русского гражданского права», выдержавший ряд изданий, были высоко оценены современниками как наиболее крупный вклад в этой области. Он определял гражданское право как «совокупность юридических норм, определяющих частные отношения отдельных лиц в обществе»; содержание юридической нормы усматривал в правилах (выработанных жизнью или установленных законом), регулирующих путем принуждения взаимные отношения между гражданами. Совокупность норм или положений, объединенных единством содержания или внутренней связью по предмету регулирования, определялась как юридический институт. Задача гражданского правоведения и формулировалась как исследование юридических институтов – их классификация (система права), анализ их совокупности (позитивное право данного народа), их разновидностей (напр., институты опеки, залога, брака). А основными методами такого анализа служили не только традиционные (исторический, догматический), но и новые (социологический и «критический»). Данный подход открывал перспективу перехода от эмпирического анализа отдельных правовых явлений к сравнительным и социологическим обобщениям.

Шершеневич создал специальный курс – «Социология» (1910). Он прекрасно владел теоретической социологией (труды Маркса, Спенсера, Тарда, Зиммеля), но и социологией права (Иеринг, Штаммлер, Ковалевский, Муромцев). Социология Шершеневича проникнута свойственными позитивизму идеями объективного знания, эволюции и прогресса. Социология определяется как «наука об обществе, изучающая строго научно общественные явления и устанавливающая законы отношений между этими явлениями». Принципиальное отличие этой науки от всех других в том, что она рассматривает общество как целое, во взаимодействии основных частей, в то время как другие науки – его отдельные части (хозяйственную, нравственную, экономическую, юридическую, психологическую, биологическую составляющие).

В центре внимания социолога — природа общества (которая определяется как «сожительство»; «общность интересов»; сотрудничество»; «организация») в его развитии (заслуга открытия которого принадлежит таким мыслителям как Дарвин, Спенсер и Маркс) и механизмах функционирования. Цель социологии – отыскание закономерностей (правильности и повторяемости явлений), причем констатируется, что «признание закономерности в общественной жизни стало общим в науке настоящего времени». Поскольку социология стремится к установлению объективного знания она является ценностно нейтральной наукой («объективна и беспартийна»).

Отношения общества и государства раскрывались Шершеневичем в перспективе солидаристической концепции. Он подчеркивал, что общественные связи и «инстинкты» человека не являются врожденными, но приобретаются с развитием общества. Их поддержание основано на общности интересов и существовании особого механизма их регулирования, которым является государство. Рассматривая различные направления социальной дифференциации, он подчеркивал их пересечение и возможность консенсуса, напр., между различными классами, которые он определял как «совокупность лиц, имеющих общий интерес» (напр., класс землевладельцев, класс рабочих, класс фабрикантов). Эти идеи представлены в концепционном труде Шершеневича – «Общее учение о праве и государстве» (1911).

Предложенная им интерпретация государственной власти имеет вполне социологический характер: «Власть есть возможность навязывать свою волю другим, принуждать других к подчинению их воле властвующего, заставлять других сообразовать свое поведение с требованиями властвующего. Государство должно обладать такой властью, иначе оно не государство».

Взгляды Шершеневича определили подход к политическим проблемам его времени в России. Будучи убежденным либералом и, в то же время, государственником, он считал оптимальной формой правления для России — конституционную монархию. Следует подчеркнуть, что в отличие от многих (как консервативных так и либеральных) современников, Шершеневич вовсе не отождествлял правовое или конституционное государство со слабой (или ограниченной) властью. Принцип незыблемости государственного суверенитета и невозможности, в силу этого, «юридического ограничения верховной власти» (независимо от формы правления) — оставался для него аксиомой на протяжении всей жизни.

Вопреки классической либеральной программе ограничения власти, он отрицал саму эту возможность и считал ошибочным принцип разделения властей в его буквальной трактовке. «Основные, так называемые конституционные законы, — полагал он в работе «Определение понятия о праве» (1896 г.), — представляют собой в большинстве случаев нормы нравственности, но не права и неконституционный образ действий носителей верховной власти не может быть назван незаконным. Конституционная система это совокупность принципов, которых придерживается верховная власть, как руководящих начал, при осуществлении своей деятельности».

После революции 1905 г. эта позиция (отождествляющая конституцию со всяким Основным законом) претерпела определенную трансформацию. Конституционное устройство,- надеялся Шершеневич,- позволит преодолеть «бюрократическую стену между народом и монархом, подчинить власть общественному контролю, реализовать принципы гражданской свободы, независимого суда и ответственного министерства. Для достижения идеала правового государства, обоснованного в работе – «Конституционная монархия» (1906), — он считал принципиально важной позицию интеллигенции, которая в России «никогда не была ни дворянской ни буржуазной, а оставалась внеклассовой».

Смотрите так же:

  • Налог на имущество в казахстане для юридических лиц Налог на имущество в казахстане для юридических лиц Для того, что бы получить pin-код для доступа к данному документу на нашем сайте, отправьте sms-сообщение с текстом zan на номер Абоненты GSM-операторов ( Activ, Kcell, Beeline, NEO, Tele2 ) […]
  • Пленум вс рф по ст162 ук рф ВОПРОСЫ КВАЛИФИКАЦИИ РАЗБОЯ Преступление, предусмотренное ст. 162 УК РФ, является двуобъектным преступлением. Основным непосредственным объектом являются отношения собственности, дополнительным - здоровье и жизнь потерпевшего. Объективная сторона […]
  • Ндс при усн в ут 11 УТ 11 секции как разделить на ФР секции, к примеру 01 секция торговля енвд, 02 секция аренда УСН и услуги в рознице такое нашел в настройках оборудования в ут нет в ут жестко привязана секция 01 выходы: Нравится 3ий пункт клиент тоже согласен раз […]
  • Саратов купить земельный участок Купить участок в Саратове, Саратовская область Форма поиска Участок 2 сот. Саратов, Хвалынская ул., 54 з Электричество: есть Водопровод: есть Газ: есть Канализация: есть Предлагается к продаже дом и земельный участок! В шаговой […]
  • Как оформить землю под многоквартирным домом Оформление в единоличную собственность земли под многоквартирным домом Добрый день. Нужен хотелось бы узнать: Юр лицо является собственником всех (12) квартир в многоэтажном доме (2-этажном) многоквартирном доме. Земельный участок - сформирован в […]